Сказка о добре

— Нет, ну нормальный человек? По морде мне ни за что съездил! — Алиса яростно потирала опухшую щеку.

— Да расслабься, может у него просто неудачный день. Ты же не знаешь, что у него случилось, подумай, что у него трагедия в семье, с работы уволили, — слабенько проблеяла Ася.

Алиса воззрилась на нее с удивленным взглядом. Потерла еще раз щеку, которая слегка посинела, поправила шарф.

— Окей. Я учту ваш подход на будущее. Если у меня снова будет выкидыш, возьму мачете, порешу неугодных на остановке. А в день, когда обломаю ноготь, зацепившись за скользкий поручень в автобусе, просто плюну в лицо старушке, — хмыкнула Алиса.

Ася молча пошла дальше. Мягкие снежинки кружили вокруг ее красивых каштановых волос. Алиса постояла, полюбовалась на эту волшебную картину, а затем побежала за Асей.

— Ты вечно все утрируешь! – Ася горестно вздохнула. – Нельзя же вечно видеть черное и белое, сплошные крайности, нужно шире рассуждать, входить в положение! Думать с разных перспектив!

Алиса закатила глаза: «Такими темпами скоро маньяков и педофилов начнешь оправдывать». Она яростно пнула сугроб, отряхнула ботинок и плюхнулась на лавочку. Захотелось немного покрыться пушистыми снежинками, чтобы спрятаться от бытия. Правда пришла мысль, что филейная часть покроется коркой льда быстрее, чем вся туша укроется под снегом.

«Ну, какие разные стороны, она бы мне еще банальщину привела в пример, когда студентам книгу показывают. Они видят белую, а препод втирает, что красная. В итоге вертит на одном месте книгу – она с разных сторон разная. Вывод – она красно-белая, двухцветная. Логично, вроде, разная перспектива, – мысленно вела монолог с собой Алиса. – только вот если перед тобой большой алабай навалил кучу, хоть хоровод вокруг нее води полдня, она останется просто кучей экскрементов. Можно пощупать, попробовать, разворошить, духами попрыскать – все равно перед вами валяется обычное дерьмо».

 Ася рядом переминалась с ноги на ногу. Если Алиса впадала в мысленный диалог, ее битой можно было бить, не среагирует. Наконец, она очнулась. «Ой, сейчас залечит, — приготовилась Ася».

— Я может и люблю все вгонять в крайности, но какой толк рассуждать поверхностно? – Алиса стряхнула с себя ворох снежинок, — Когда кругом начинают оправдывать некими чужими штанинами и кедами с долгой дорогой банальное скотство. Я согласна с тобой, не стоит судить всех и вся. Но есть мелочи, на которые в принципе не стоит обращать внимание. Не уступили место в автобусе, нахамили. Можно даже не думать о причинах, просто кладите болтяру. А есть голые факты, когда молча можно признать, что человек, мягко говоря, нехороший. И это видно и со своей стороны.

Алиса встала и гордо пошлепала. Она не была уверена, что донесла нужную мысль правильно. Поэтому решила на всякий случай добавить:

— А вот ты, Асечка, помнишь? Я лишь возмутилась себе под нос о мужчине, ударившем меня, а что сказала ты? Подумай, что у него что-то случилось…эээ..такая себе доброта души…

— Почему? Что не так то?

 — Да вот знаешь, я лучше с усмешкой пробубню себе в шарф «во, @удила». И забуду. Чем мысленно надеяться, что у человека просто что-то случилось – пожар, потоп, болезни, аварии… Такое себе добродушное «просто случилось».