18.12 Часть 4.

Сладкий вкус победы

Наполненная яростью от наглости адвоката, я распечатала наши фотографии, которые сделал отец на месте аварии. Там все видно, и следы, и повреждения. Заодно сделала фотки с Маленькой Сызрани. Хотела приобщить фамилию фотографа, но мне ответили, что можно ссылаться на сам сайт, так как он зарегистрирован как СМИ.

Текст с Маленькой Сызрани с новостью о нашей аварии я тоже принесла, ибо там четко прописаны повреждения. У нас в лобовуху, у нее в правый угол. То есть, даже журналист, а не спец по ДТП смог оценить удары, а адвокат делает вид, что все идиоты. Нет, ну понимаю я, что адвокату положено упорно зудеть свою версию, но все равно бесит.

Накатали мы ходатайство о приобщении материалов к делу. Заодно захватили видео с регистратора отца. Я его там подрезала, убрала лишнюю запись, оставила только все необходимое. Взяли мы его на всякий случай, вдруг пригодится.

Санек был вообще зол и агрессивен. Он подготовил обширную речь, которую начал толкать еще пока судья шел до своего стола. Тот, конечно, его осадил, но как уселся, разрешил продолжить.

До заседания адвокат принес девице бумажки. Мы сидели недалеко и все слышали. Там было описание ее материального положения, мол машина единственный источник дохода, она ип. Угу, ип. Ип она открыла меньше года назад, я уже уточнила все. Так что нечего тут втирать нытье свое. До этого она свою дитятку как то кормила и без машины. Ибо права у нее тоже всего 1,5 года. Но дело не в этом, дело в том, что она даже не смогла прочитать эти два листка. Посмотрела на них с тоской и попросила ей пересказать. Я прямо таки выпала в осадок.

Кстати, адвокату бы не мешало мыть обувь перед судом. Он пришел в таких убитых ботах, словно только что из болот вылез и бегом на суд. Видимо, помогал братьям Назаровым с фотосессией на болотах. Конечно, это все фигня, но, не солидно же для уважаемого человека.

Наши фотографии были приобщены, адвокат долго их разглядывал, на лице его читалось понимание, что все его аргументы вялые, что они пролетают как фанеры. Он как бы это знал всегда, но для клиента надо было верить, что мы не правы. Но все равно мы пошли смотреть их подготовленное видео с камер клуба. И вот видео включено, я уселась, только приготовилась смотреть, а видео кончилось. Что? Что это было? Пять секунд видео, на нем непонятные огни, машина проезжает. Доказать, что это наша там нереально. Аварии нет. Мой рот озарила издевательская улыбка. Вы серьезно? Принесли этот позор в качестве доказательств? Рукалицо.

Санек распалялся долго, речь была знатная. Я ему еще слов накидала из юридических документов. Итогом были его слова о социальной опасности обвиняемой. Она долго усмехалась на заднем плане с этого. Выйдя из зала суда, с усмешкой сказала, что мы много Интернетика начитались. Ну-ну, подумала я. Посмотрим.

Слова предоставили виновнице. Снова и снова мы убедились, что ей не мешает больше читать что-то глобальнее, чем объявления на подъезде. Снова одно и тоже —  я стояла. Стояла она. Ну, стояла. Ой, как стояла. На вопрос о том, сколько машин она пропустила, за сколько метров увидела нас, один ответ – если бы я знала, что так выйдет, я бы запомнила. Ну, слов нет, один смех. Я как пешеход оцениваю расстояние до машин, прежде чем вынести свое филе на дорогу, а она за рулем и ни хрена она не оценивает.

Адвокат еще раз выдвигал свою версию, упертый тип. Следователь уже не выдержал и откровенно смеялся. Нет, так то я все понимаю. Он защищает клиентку, а если она уперлась рогом и не хочет признать вину, то тут бесполезно ей мозг промывать. Меня бесило то, что он не пытается выйти на типа обоюдку, он пытается именно обвинить нас. А вот это уже свинство.

Довольный судья начал спрашивать нас о мере наказания. Он уже устал от нас походу. Давно не было таких очевидных дел, растянутых как кот за бубенчики.  Санек яростно заявил, что желает высшую меру по ст.12.24 КоАП. Суд с надеждой обратился ко мне, надеясь, что я буду добрее. Но нееет, у нас добрее то муж. Для меня подобные наглые людишки заслуживали далеко не те меры, которые предусмотрены данной статьей. Мысленно я скафизму всех подвергла. Слегонца так. Уж больно неприятно быть потерпевшим, иметь травмы, бегать по судам, по страховым, а при этом на тебя еще и пытаются все повесить.

Но, вслух я лишь высказалась по поводу слов адвоката. Ну не удержалась я. Просушивая свой голос на записи, я слышала нотки сарказма, усмешки и презрения. У меня муж имеет все категории на правах, кроме А. И он вылетел на легком повороте как олень с разбегу? Бред. К тому же, есть четкий тормозной путь. И можно выдвигать кучу версий, он все равно останется на своем месте. А именно на нашей полосе, да еще и близко к обочине. Это я и высказала ему с ухмылкой. Иначе Автовазу надо патентовать уникальные свойства своих автомобилей. Они едут посередине, а тормозной путь оставляют сбоку. Шедеврально.

И в заключении я ляпнула, так ляпнула. Вместо стандарта – прошу назначить и бла бла бла, я с высоко поднятой головой изрекла – хочу назначить гражданке… Судья слегка усмехнулся, сказал, мол, рано мне еще назначать, только просить могу. Ну, я не смутилась, в душе то я назначала.

Да, мы были злы. Сама виновата. Признала бы вину, получила бы штраф, каталась бы дальше, а тут перья начала пушить. Вот реально. Можно было даже не извиняться перед нами, извинения эти сопливые нам ни к чему. Мы бы не имели претензий, суд назначил бы ей штраф в десятку и отпустил бы восвояси. Перед судом мы так и думали, уж давно на нее забили. Но нет, она всех напрягла. Детский садик тормозок. Наш девиз – педалька вниз.

Хотя я и понимаю, что виновата она конкретно. Ведь у нее ничего не случилось на дороге со здоровьем, ее не вынесло с размаху по снегу, ей никто не помешал. Она сама по своей непонятной инициативе начала движение. Стояла и начала движение. Тут вина просто напечатана на лбу. И даже наплевать на это, все бывает в жизни. Нам было бы пофиг, никаких претензий мы уже не имели.

Вынесение приговора было еще через неделю. Снова ждать, как же влооом. И вот он судный день. Судья долго читал постановление с самых его истоков, Сашка говорил, что постоянно только и слышал свою фамилию, что не давало ему покоя и надежды. Но все обошлось. Тадам! Виновна. Назначить 1,5 года лишения прав.

Все бредни адвоката названы домыслами, а ее назвали общественно опасной. Когда судья зачитал эти слова, я заметила, как позеленело лицо автоледи. Да, голубушка. Не в Интернетике мы эти слова то нашли, а непосредственно в  других постановлениях данного судьи. И прекрасно понятно, что если человек постоянно применяет этот термин, то есть большая вероятность его услышать и в нашем случае.

Выдали нам копии постановлений под подпись. И снова меня убила эта девица. Надо было подписать бумажку, а сверху написать свою фамилию. Она не смогла без подсказки сообразить, где писать. Я просто устала охуевать уже над ней.

И вот в постановлении я увидела ее дату рождения. Я все не могла понять, сколько ей лет. Оказалось 40. Вот тут могу отвесить только комплимент. Она явно не тянет на 40. Выглядит отлично, тут нечего добавить. Вот лучше дальше пусть так выглядит, а за руль не лезет.

Подытожить наши судебные разбирательства можно фразочкой одного моего знакомого. Как он говорил с умным видом, без тени улыбки: «Ибо нехуй».

P.S. Девица не угомонилась, подала на апелляцию. В апелляции присутствовали ошибочки. Мелкие, но все равно корежит. Ведь официальный документ же написан, умными людьми типа.  Мы уже молча и спокойно накатали на нее возражение, и через месяц получили известие о том, что жалоба автоледи отклонена, решение оставлено без изменений. Ее доводы были слишком неубедительны. Да, я тоже когда читала ее аргументы, не прониклась. А ведь просто стоило признать вину. Мы шли в суд, не имея претензий, не собирались идти на конфликт, отнеслись с пониманием. Но хозяин-барин.

P.S.№2. Девица нам отзвонилась и слезно извинтилялась. Мол, кредит у нее на бизнес, ребенок голодный и бедная она, несчастная. На наш резонный вопрос: «Почему сразу было с этого не начать, а не трахать всем мозг?», ответила, что окружающие ее мужики совсем ее запутали. Ох.. Просила подписать ей одну бумажку, как последний листочек надежды изменить наказание. Мы согласились, отредактировали ее как нам больше нравится, но адвокат так за ней и не приехал. Видимо, поняли, что уже беспонтово. Ну как бы после 3 судов, да еще и отклоненной апелляции я тоже думаю эта филькина грамота бесполезна. Но потом она приехала сама, сказала, что адвокат не поехал, забыл про нее. Подписали мы ей, отстань уже только от нас, успокойся. Думать надо было головой, а не другими местами. Прежде чем что-то делать, подумай, сможешь ли ты из этого выбраться.