Вагончик

Никогда не разговаривайте с незнакомцами. И это правильно. Но в поездах у меня эта функция отключается, и я становлюсь просто кладом для бабок с клофелином. По работе мне довелось кататься в Москву в командировки. Я торжественно покупала себе билеты на верхние места, чтобы захериться там и сладко поспать. Но мне не везло. Мне всегда попадались веселые попутчики. Но нормальные. Никакого треша. Вот, например, пара из них.

Наверное, первое место по трешу среди них можно по праву отдать девушке с ребенком. Ребенком, которого она умудрилась за короткую дорогу до Москвы бесконечно чем-то кормить, от чего у него случался постоянный стул. И этот стул они не несли до туалета, а раскладывали горшок прямо в купе и срали. А потом снова жрали. Бесконечно. Еда – дерьмо. Я думала, эта дорога будет самой длинной, которую мне приходилось проехать.

На обратной дороге я всегда брала себе орешки и бутылочку пивка. Один раз сосед снизу увидел это дело, и уже через пару минут мы пили вместе. Правда, бутылочки кончились, но на новые из его чемодана я не согласилась. Хоть тут ума хватило. Поэтому я уползла к себе на галерку, а он раскупорил следующую, и мне при шлось еще долго слышать его разглагольствования о бренности бытия. Которые закончились тихим стуком его башки об стол и увенчались храпом.

Милая старушка-одуванчик. Которая успела сразу обставить все купе по-новому. Мебели еще не хватило вместо сидений. А так постельку свою постелила, везде салфеточки положила кружевные, занавесочки (как?нахера?) сменила. Я когда выглянула со своей полки, аж прихерела. Словно в деревенском домике оказалась. Она заварила чай. Достала сервиз. О боже. Как она потом все это домой потащила? Походу ее кучер там ждал с каретой. Но я этого не узнала, она до Самары катила. И пили мы с ней чай, да как культурные люди, чайничек, чашечки, тарелочки. Да со свежайшей клубникой. Я так кайфанула, что простила бы ей, если бы она оказалась профессиональной щипальщицей.

Были три мужика, которые такие коры мочили, что я два раза почти падала со своей полки. При этом не бухали. Они просто дико шутили. И ржали. Всю ночь. И ни разу не повторились. У меня с той ночи много шуток осталось на память.

С Оскаром у меня уходит одинокий парень-дрочер. Ну, может он и не был так одинок, но лысого гонять любил. Он весь вечер на соседней верхотуре листал сисястый журнал и откровенно ублажал себя. Я ушла вниз читать книжку. На ночь заползла к себе, не смотря в его сторону, хотя пыхтение его нескромно долетало до меня. И, проснувшись, среди ночи, я снова застала его за делом. Там такие телки что ли у него были в журнале охеренные? Что никак не угомонишься. Лучше бы храпел. Или уж тихо бы. А то устроил пыхтение, сопение, постанывание. Поднадоел изрядно..хДД

Выходя из поезда, я всегда по нему сразу начинаю скучать. Но по атмосфере и звукам поезда, а не по попутчикам.